ГЛАВА 99 - Казанская история

ГЛАВА 99


Взял же стольный и великий город Казань Благоверный Царь и Великий Князь Иван Васильевич Владимирский, и Московский, и Великоновгородский, и Псковский, и всей великой России Великий Самодержец Христианский в год! 7061 (1552) октября во второй день на память Святых Великомучеников Киприана и Устины, в воскресный день, в три часа дня, много потрудившись для своей богохранимой державы, для Русской земли, для православных людей, день и ночь болея сердцем, и стеная душой, и сокрушаясь, и никогда до победы над казанцами не наедался он досыта и всласть сладкими царскими кушаньями. И всегда печаль о Казани прерывала ему веселье, ибо ежечасно слышал он, что овцы его, люди русские, волками-казанцами разгоняются, и похищаются, и съедаются.

И много лет сильная скорбь владела всеми христианами Русской земли: бедными и богатыми, и воинами, и воеводами, князьями и боярами, и всеми простыми людьми, ибо изнемогли простые земские люди от частых и больших податей, не успевая платить царские оброки, воеводы же и воины без отдыха трудились на войне, сражаясь с погаными за христиан, с коней своих не слезая и не снимая оружия своего, не зная подворий своих, и жен, и милых своих малых детей, гостями только приходя на час к женам своим и детям.

И многие тогда глупые люди, или прямо сказать безумные и слабые духом, негодовали и роптали на Самодержца своего, что сам он больше, чем войны, губит землю свою и не щадит и не бережет людей своих. Он же, добрейший из самодержцев, не тленных, похвал себе искал, чтобы прославиться мужеством у потомков, как, например, Александр Македонский, дошедший до края земли и смерти не избежавший, или до него царь Ликиний, дошедший до четырех городов и поставивший там столпы, где написал свое имя. Этот же не о такой славе заботился, но для своего царства трудился ради общего мирского благополучия, ради благосостояния святых церквей и порядка земского, и тишины для всего Православного Христианства, дабы снова не поработиться погаными, как было при царе Батые.

И днем он справлялся с царскими делами, ночью же ездил по святым церквам и по монастырям, стоящим возле города, и, обливаясь слезами, молил Человеколюбца Бога и Пречистую Богородицу помиловать и пощадить согрешивших Своих рабов, и до конца смирить и подчинить ему поганых казанцев со всею многочисленной их черемисой.

И не отверг Господь моления раба Своего, и увидел смирение и сокрушение сердца его и правоверное прошение его, и услышал вздохи его и рыдания, и послал ему по вере его великую свою милость, и дал ему Милосердный Бог то, чего желало его сердце, и всем стараниям его и трудам ниспослал удачу и предал ему в руки, словно маленькую и бедную птицу, великое Казанское царство, сохранив его для него от прародителей его.

Так и перестала Казань окончательно быть независимым царством и против своей воли подчинилась Великому Царству Московскому, и Русская земля насладилась полным миром с казанцами.


^ О ПОХОДЕ НА КАЗАНЬ ЦАРЯ И ВЕЛИКОГО КНЯЗЯ, И О КОЛИЧЕСТВЕ УБИТЫХ ПОГАНЫХ, И О ШЕСТВИИ ЕГО В ГОРОД.


ГЛАВА 100


Дважды ведь сам он ходил на Казань со всеми русскими силами, дважды же посылал царя Шигалея и с ним первых своих воевод также со всеми русскими воинами. Всего же при нем ходили на Казань летом и зимою за девять лет семь раз: пять раз ходили до казанского взятия, дважды же после взятия — окончательно расправиться, разорив ее и перебив, с низовой черемисой, которая сначала покорилась, а потом вскоре, в том же году, снова изменила.

Спустя шесть месяцев снова разгорелась война, а было это так: казанские воеводы послали свияжского воеводу Бориса Салтыкова с небольшой силой на некие черемисские улусы, которые еще не покорились, дабы и их покорили и смирили. Из-за тех восстали все люди, и снова пришла в смятение вся земля. И того воеводу живым взяли в плен, побив двадцать тысяч его воинов, и завели его в башкирские улусы и земли дальней черемисы за семьсот верст от Казани, и там замучили его. И пять лет воевали они, не отступая от Казани и желая снова вернуть себе город свой, не давая русским горожанам по своим делам выходить из города. Только с помощью большого числа воинов прогоняли их и тогда выходили на свою работу, пока не погибла вся черемиса за преступления свои и все правители их — уланы, князья и мурзы — не были поражены остриями мечей.

И сосчитали сами оставшиеся в живых казанцы и черемиса всех своих, убитых в Казанское взятие, и до взятия, и после взятия — и татар и черемису в городе, и в острогах, и уведенных в плен, и умерших с голода, и замерзших, и от других причин в разных местах погибших, о которых знали они и которые были записаны, и насчитали, кроме неизвестных и незаписанных, семьсот пятьдесят семь тысяч двести семьдесят человек. Мало осталось их в живых во всей Казанской земле — только простые люди, больные и немощные и бедные земледельцы.

Въехал же Великий Самодержец Благоверный Царь и Великий Князь Иван Васильевич в царствующий свой прославленный город Москву месяца ноября в первый день, в день памяти святых бессребреников Козьмы и Дамиана, и сел на престол великого своего Русского царства, управляя державой своей, утер кровавый пот свой, покорив себе жестоких и лукавых казанцев и злейшую поганую черемису, оставив по себе русским людям великую славу, большую, чем предки его, и вечную память на века.


^ ПОХВАЛА ЦАРЮ И ВЕЛИКОМУ КНЯЗЮ И ВСЕМ ВОЕВОДАМ ЕГО И ВОИНАМ.


ГЛАВА 101


Таков был тот Царь и Великий Князь. И еще при жизни своей совершил он много дел, достойных похвалы и памяти; города новые построил, а старые обновил, и воздвиг церкви чудесные и прекрасные, и монастыри общежительные устроил для иночествующих. И с юных лет не любил он никаких царских потех: ни охоты на птицу, ни собачьей, ни звериной борьбы, ни гусельного бренчания, ни скрипения прегубниц, ни музыкального звука, ни пищания свирельного, ни скакания и плясок скоморохов, зримых бесов. И всякое балагурство от себя отринул и насмешников отогнал и окончательно их возненавидел. И жил лишь воинскими заботами и обучал ратному делу, и почитал добрых конников и храбрых стрелков, и заботился о них с воеводами, и всю жизнь свою советовался с мудрыми советниками своими, и стремился к тому, чтобы избавить землю свою от нашествия поганых и от частого разорения; кроме того, пытался он и старался всякую неправду, и бесчестье, и неправедный суд, и посулы, и подкупы, и разбой, и грабеж вывести по всей своей земле и насеять в людях и взрастить правду и благочестие. И для того по всей великой своей державе, по всем городам и селам, подыскав, расселил разумных людей и верных сотников, и пятидесятников, и десятников и заставил всех людей присягнуть ему на верность, как некогда Моисей израильтян, дабы каждый отвечал за свое число, как пастырь за овец своих, и наблюдал за ними, и вскрывал всякое зло и неправду, и обличал бы виноватых перед старшими судьями, и, если бы такой человек не прекратил злых своих дел, чтобы неумолимо предавали его смерти за проступок его. И таким способом укрепил он землю свою. Можно ведь дурные застаревшие привычки искоренять у людей и истреблять!

И была в царствование его великая тишина по всей Русской земле, и улеглись всякие беды и мятежи, и прекратился сильный разбой, и хищения, и воровство, которые были при его отце, и варварские набеги прекратились, ибо испугались крепкой силы его поганые цари а устрашились меча его нечестивые короли, и военачальники ногайские, мурзы, дрогнули перед блистанием копий его и щитов и затряслись и побежали немцы во главе с магистром от доблестных воинов, и пресек стремления воинственных казанцев, и заставил смиренно преклониться черемисов! И расширил он во все стороны русские границы, продолжил их до берегов морских, и наполнил их бесчисленными людскими селениями, и одержал много побед над врагами, так что боялись и трепетали они от одного имени его воевод. И знали его во всех странах могущественным и непобедимым Царем, и боялись поганые народы приходить войной на Русь, слыша, что еще жив он, зная грозность его, как сыроядцы, самоеды, заточенные македонским царем Александром за высокие горы на самом краю Красного моря. И много раз приходили агаряне на землю нашу, но не открыто, как при отце его и прадеде, когда безвыходно жили они по русским границам, но как разбойники приходили, и что-то воровски похищали, я убегали, словно гонимые звери. Воеводы же московские, когда узнавали, что к какой-то границе подошли варвары, собравшись, прогоняли их оттуда и, словно мышей, давили их и побивали, ведь это испокон веку, от рождения их, варварское дело и ремесло — кормиться войною. Конец о взятии Казанском.


© Оцифровано православным братством во имя св. Царя-искупителя Николая.

http://monar.ru
6825189408286371.html
6825385043708320.html
6825523554347094.html
6825608126702400.html
6825703389066253.html